Америка охвачена битвой поколений

Они пришли в себя и уже шутят. Фельетонистка газеты The Washington Post (то есть демократка по признаку места работы) ведет издевательский монолог от имени кондового, упертого республиканца: где же обещанное нам «красное цунами»? Что-то пошло не так! Что заставило «поколение Z» бросить эти их гаджеты, выйти из дома и пойти голосовать за своих, за демократов? В общем, надо что-то делать — например, поднять минимальный возраст для участия в выборах. Нет, не до 21 года. Пятьдесят лет будет в самый раз, те, кто моложе, не созрели…

Шуточки вообще-то сомнительные, потому что исходят от проигравших. Здесь надо в очередной раз удивиться способности демократов создавать громадные информационные фантомы. Давайте отшелушим пустую болтовню и оставим лишь голый итог прошедших в США выборов в конгресс — как он выглядит? Да очень просто, в шести словах: демократы потеряли контроль над палатой представителей. И только. То есть они потерпели серьезное поражение.

Но из этого поражения громадная мозгопромывательная машина демократов делает невиданную победу. Потому что не случилось того самого «красного цунами», предсказанного республиканцами и большей частью социологических служб. То есть если нет обещанного полного разгрома, а есть разгром поменьше — это победа? Учиться надо такому умению превращать реальность в абсолютно противоположную пропагандистскую картинку.

Вплоть до такого тезиса: важнейшее международное последствие этих выборов — восстановление легитимности американской демократии. Ну ничего себе. И ведь множество даже наших экспертов поддается этому идейному напору. Но подождите, что там насчет поколений? Это интересно хотя бы потому, что в России, как и в СССР, да, собственно, как всегда и везде, поколения существуют, они отличаются по своим взглядам и этим влияют на политику.

В США шуточки насчет избирательного возраста были бы очень смешны, если бы мы не помнили, как без всяких фельетонов, на полном серьезе, теми же демократами предлагалось запретить старшему поколению голосовать. Это было, когда в другой стране — Великобритании — именно голоса старшего поколения решили судьбу референдума о выходе из Евросоюза в 2016 году, и там было много стонов насчет того, что то ли кто-то съел деда, то ли дед съел кого-то. То есть наша вашингтонская фельетонистка выворачивает этот тезис своих, демократов, наизнанку, потому что такое жульничество вполне в их стиле. При этом если речь заходит, допустим, о праве человека покупать сигареты, то тут стандартная идея — что надо поднять этот возраст до 21 года, те, кто моложе, не созрели для принятия серьезных решений. А вот на выборы им — широкая дорога.

Что заставило относительно молодых американцев в этот раз вдруг пойти голосовать за демократов: одна из версий ответа состоит в том, что администрация Джо Байдена прямо перед выборами решила напечатать еще несколько вертолетов денег и обнулить висящие полжизни над головами людей студенческие займы на обучение. Что ж, возможно, и так. При этом понятно, что хотя республиканские идейные лидеры становятся на глазах моложе, традиционная избирательная база этой партии действительно состоит из людей постарше. Потому что любой нормальный человек во всем мире сначала болеет бешеными левыми идеями, а потом, поумнев, меняет их на противоположные: самый известный случай здесь — наш Пушкин.

Но Пушкин Пушкиным, а как насчет столкновения поколений в сегодняшней России, скажем, по поводу призыва в армию, в зону спецоперации? Кое-что понятно насчет старшего поколения «убеглецов», например, героев русского рока, выросших в 80-е годы. Они в большинстве были и остаются «вообще в целом пацифистами» просто потому, что так относилось к армии почти все их поколение в СССР. И это нетрудно понять, если вспомнить стадию морального и не только морального развала армии в те годы, притом что часть офицеров в отчаянии выступала за казарменную консервацию советского проекта самыми жесткими способами. А еще была такая проблема — битье новобранцев старослужащими, вплоть до убийств, армия превращалась в какую-то копию тюрьмы с ее нравами: кто-то еще помнит?

У нас не успели всерьез разобраться с историей гибели СССР, а вот сегодня нам это очень даже нужно и интересно. Например, что же это было — почему советское общество все больше начинало жить по уголовным (или, если хотите, стадным) законам и как это повлияло в бандитские 90-е на быстрое превращение этого общества в непонятно что.

Итак, те, кто были молоды в 80-е, привыкли как минимум потешаться над армией. Но что это теперь за люди такие, которым в среднем 35 — а это, по наблюдениям и опросу родных и друзей, то самое поколение, часть которого в основном и убегало от мобилизации. Вроде как те, кто старше и кто моложе, этой заразой не страдают.

Но эти самые «наблюдения» — все-таки любительский подход, а нужен профессиональный. Не говоря о том, что тут еще есть осложняющая проблема под названием «столицы и Россия как таковая». Убегали от призыва прежде всего жители трех-четырех мегаполисов, а другие шли добровольцами. И это никак не помогло решению давней проблемы — нелюбовь к москвичам и прочим питерцам со стороны прочих жителей страны. Стоп, но вот есть информация, что еще в сентябре несколько тысяч добровольцев-москвичей воевало на фронтах — это как?

Можно сколько угодно осуждать и презирать людей, освоивших искусство пересекать границы в нужный момент, потом возвращаться, потом снова бежать толпой, но вы сначала разберитесь точно, в чем здесь дело: в поколениях с их общей для своего возраста идеологией? Или в особо испорченных жителях мегаполисов в определенном возрасте? Или в чем-то еще?

Американцы — они разбираются, и давно. У них данными трех крупных социологических служб (как в России) дело не обходится. Работает множество таких служб, свои мысли высказывают толпы публицистов, истерично-наглых или спокойных. Потому что американцам это очень нужно — они знают, что уже третье десятилетие существует раскол общества на две примерно равные части и двухпартийная система этот раскол только усугубляет. Да, две части этого общества не выносят друг друга буквально во всем, но они, по крайней мере, видят эту ситуацию до мелочей — с соответствующими данными. Когда-нибудь разберутся.